Казаки

Конкуренция "по-братски"



Во Франции неспокойно.
Французские таксисты переворачивают и жгут машины водителей UberPOP.

"Почти три тысячи таксистов во Франции выступили 25 июня 2015 года против UberPOP, лоу-костера Uber. Они перекрыли дороги к аэропортам Шарль-де-Голль и Арли, к вокзалам в центре Парижа и транспортным узлам на окраине города. Несколько автомобилей частных таксистов протестующие перевернули и подожгли.
...
Поездка, которая стоит десять евро в официальном такси, обойдется в четыре евро в UberPOP. Такси видят в этом несправедливую конкуренцию."

http://megamozg.ru/post/16824/

Казалось бы, сотни лет воспитания в духе уважения к "невидимой руке рынка" и понимания благотворности ея деяний.
И тут такое!
Удивляет такая несознательность французских таксистов! Откуда это нежелание перестроиться, оптимизировать бизнес-процессы?

Если серьёзно, то это хороший пример того, что оптимизируя перераспределение ресурсов, "невидимая рука рынка" ни коим образом не преобразует человека — в человеке лишь взращивается и развивается животный инстинкт конкуренции.
Весь механизм строится на тупом сталкивании лбами соплеменников на почве денежного благосостояния. При этом, механизм не предусматривает каких-либо ограничений на используемые методы для решения вопроса с конкурентом, который в одночасье лишил средств к существованию тебя и твоих детей.

Упрощённо, в этой модели человек, "оседлавший" некоторый сектор рынка, используя некоторый уровень технологий неизбежно впадает в стагнирующее состояние или в силу некоторой пресыщенности, или в силу недоступности технологий, сопоставимых с технологиями конкурента.
Длится такое состояние ровно до тех пор, пока он не получит хорошего пинка от своего конкурента, который за время стагнации первого, уже вырвался вперёд и норовит оттяпать рынок.
Понятно, что реагировать на такое "цивилизованно" способен не каждый (особенно когда вокруг все действуют всеми доступными методами), гораздо проще прибегнуть к коррупционным или силовым схемам (особенно, когда эти схемы давно отлажены и успешно функционируют), выкрасть технологии, перекупить чужих сотрудников, запугать и т.п.— что мы и наблюдаем.

Казалось бы, чего проще, в 21-м веке, чем подключить весь научный аппарат и оптимизировать определённую сферу деятельности централизованно.
После периодически, в соответствии с достижениями научно-технического прогресса, планомерно, без стрессов, внедрять новейшие разработки. При этом используя научные достижения и новейшие технологии сообща, а не растаскивая их по своим углам, пытаясь в одиночку что-то соорудить, чтобы позже растоптать конкурентов и озолотиться.

При этом вполне уместна здоровая конкуренция внутри научных коллективов, среди производителей или среди тех же таксистов.
Здоровая — значит в режиме соревнования (где есть первое и второе место, но нет проигравших — все работают на общее благо и все его получают), а не выживания (когда главная цель — экономически уничтожить конкурента любым способом, что нередко приводит к уничтожению физическому).

Вспомним высмеянные в перестройку социалистические соревнования и обязательства трудовых коллективов.

Что интересно, вы выберете сейчас, по прошествии 25 лет жизни при капитализме: здоровую мотивирующую конкуренцию внутри коллектива без проигравших или борьбу за выживание с погромами и баррикадами (см. "Французские таксисты")?

Вся гнилая суть этой модели "невидимой руки рынка" в том, что словом "конкурент" в ней обозначен не кто иной, как твой соплеменник, собрат, у которого с тобой одна родина, одна культура, один язык.

Допустима ли вообще конкуренция между братьями, когда один из них благоденствует за счёт разорения другого?

Допустимо ли обеспечивать благосостояние своих детей, пичкая детей своих же братьев заведомо (конкурентная борьба требует!) вредными псевдо-молочными продуктами или чуть ли не ядовитой колбасой?

Можно ли вообще говорить о сплочении общества при таком подходе к братьям?

А если они ещё и братья во Христе?

Или там, где деньги, остальное отступает как ненужное и мешающее?

Если так — то добро пожаловать в каменный век, в котором только вместо дубин — ядерные оружие, а вместо племён — ядерные сверх-державы.

Не один миллион братьев-человеков полёг в конкурентной борьбе, и не один ещё поляжет.